10 октября 1960 года.

10 октября 1960 года.

С юных лет я полюбил охоту, и «Записки охотника оренбургской губернии» Сергея Тимофеевича  Аксакова  для меня были интересной  и увлекательной книгой*. Я описывал уже, где и как я охотился в молодости. Самый процесс, сборов, приготовлений и хождения на охоту был для меня  увлекательным.  Путешествуя по лесам, озерам и болотам, сколько приходится наблюдать красивых мест, утренних зорь и вечерних закатов, затухающих сумерек и сапфирового звёздного неба, когда поздненько возвращаешься домой. За эти охотничьи походы, какие только переливы красок в природе не увидишь! Освещение купав деревьев, изумительные рисунки береговых линий, много красоты приходится наблюдать.

Приобрёл я в Рудне ружьё, но неудачное. Раичка с Симой задумали и купили мне ко дню рождения двуствольное ружьё 16-го калибра тульского завода. Для меня это был лучший и желанный подарок. В Саратове я мало охотился, а вот, когда мы на лето уезжали в Рудню, я ружьё брал с собой, там была неплохая охота.  В Рудне жил фельдшер, Мстислав Иванович Мандрыкин, как говорится, «заядлый охотник». С ним я не однажды ходил на охоту.  Раньше я влёт не стрелял, не надеялся на свои силы, на умение, на меткость. И как я потом пожалел об этом.  Мстислав Иванович заставил меня бить влёт. Сам он любил стрелять влёт, не всегда удачно, но никогда не упускал возможности «стрельнуть». Ну и я за ним также стал стрелять влёт и неплохо. Спасибо ему за науку. Не однажды ходили с ним на охоту и всегда приносили уток.

Припоминается мне еще один случай охоты, два брата охотники, Шуваловы Ваня и Гриша зазвали меня охотиться на степную дичь, на дроф, или по-сельски на дудаков. Снарядили мы повозку, сверх телеги плетёнка из прутьев. Поехали в степь. Сбросили в одном месте плетёнку, и мы с Ваней засели в ней, а Гриша на телеге стал нагонять на нас небольшую стаю.  Но неудачно. Дрофы, не подходя на выстрел, поднялись. Мы выскочили, дали по выстрелу, но было далеко, безрезультатно. Неудача была горькая, обидная, хотя дудаки и поднялись дальше возможности убойного выстрела.

Уже надвигались сумерки. Мы расположились на ночёвку на берегу пруда. Охотничий ужин был у нас. Устроились на кошме, на войлоке. Взошла луна, и видим, стала закрываться тенью. Оказывается, этой ночью было полное лунное затмение, которое нам прекрасно было наблюдать этой степной ночью*. Наутро мы поколесили еще по степи, но дичи не видели, и вернулись домой без удачи.