31 декабря 1960 года.

31 декабря 1960 года.

Почти весь август 1939 года мы прожили в Рудне.  Благодатное место и в слободе и в её окрестностях. Лето всегда бывает ровное, тихое. Солнце греет ежедневно. Пройдут грозы, и опять тишина. Мы с В. И. Орловым ждали разрешения охоты, готовились, избороздили степные окрестности, отыскивая дроф или стрепетов, но неудачно. Когда шли на водоплавающую дичь, дело шло удачнее, тут мы приносили хорошее жаркое. Но лето промчалось быстро, пришлось возвращаться в Саратов.

Начало учения, и год начался. Но, помнится, что в 1939 году и вначале 1940 года взволновалась наша Родина. Я не буду останавливаться на причинах нашей с Финляндией войны, но она была, и очень беспокойная.  Недолго она была, но госпитали были и в глубине нашей страны, были в Саратове. На всей жизненной обстановке это отозвалось. Всюду чувствовалась эта беда. Финны народ северный, молчаливый, хмурый, но защищали свою родину со всей крепостью своих сил. Как хорошо, что кончилась эта война, и теперь у нас Финляндией добрые отношения. Но тогда время было неприятное. Школа работала, но общая настроенность сказывалось. Но когда умиротворилась обстановка, почувствовалось, что жизнь вернулась в свой обычный ход.

Весной учение окончилось,  свои учебные занятия оформили. Институты своих студентов отправили на практику. Сима со своими товарищами выехали в сёла Балашовского уезда. Раичка пока осталась на своей работе, отпуск у неё начинался в августе. Я один уехал в Рудню, поджидая их там.  Однажды утром слышу стук в ставень. Сима вернулся, окончив практику. Вышел я, свиделись, рассказал он мне свои впечатления. Прошли потом мы с ним по вершине небольшой возвышенности над Терсой, беседуя о своих переживаниях. Приходим домой, и получаем телеграмму от Раички, она оформила отпуск, и Сима в ночь уехал за ней в Саратов. Через день-два, они оба вернулись и вот мы опять вновь съехались в Рудню.